Валерий Фомичёв: "Это какой-то цирк!"

Еще неделю назад вратарь брестского “Динамо” Валерий ФОМИЧЕВ С рассказывал в интервью “ПБ” о сложном финансовом положении клуба.

И о том, что команда, несмотря ни на что, планирует выкладываться на поле до последнего. И о том, что новое руководство пытается найти выход из сложившейся ситуации и контакт с футболистами. И вообще в его словах сквозил пусть сдержанный, но оптимизм. Однако вчера из города над Бугом пришла новость: вратарь три дня не тренировался с командой и не поехал в Гомель. Более того, во вторник днем Фомичев расторг контракт с “Динамо”. Чем вызваны резкие перемены? Вчера мы побеспокоили Валерия еще раз...

— Неделю назад вы говорили, что новое руководство вас радует.

— Да, но после игры с минским “Динамо” в очередной раз огорчило. Сказало, что денег нет и не будет. Что спонсорские соглашения, заключенные с предприятиями, не выполняются — там люди также оправдываются, что платить нечем. Единственное, на что можно надеяться, — продажа офиса клуба. Первый аукцион запланирован на 8 июля. Но это только первый. А сколько их будет всего, непонятно. Просили в очередной раз потерпеть, но я уже не смог.

— Вы же говорили, что есть подвижки.

— Они вроде и были, появились какие-то спонсоры. Но оказалось, что это мизерные деньги: их даже не хватает заправить клубный автобус. Из-за этого, по-моему, юношеская команда не поехала на игру в Витебск. Элементарно нет средств для существования. Ситуация критическая.

— Долго зрело ваше решение?

— Проблемы имелись давно, это всем известно. Просто дальше терпеть было невозможно. Обыграли минское “Динамо” — к нам приходят и говорят, чтобы ни на что не надеялись. Более того, даже два миллиона, о которых упоминал прошлый раз, нам могут не заплатить. В итоге задержали на три дня, но отдали. И в тот день, когда это сказали, понял: все, хватит! В четверг на собрании объявил, что ухожу. В пятницу хотел написать заявление, но директор попросил подождать до понедельника. Все оформил только во вторник, и то с приключениями...

Даже не знаю, кому предъявлять претензии. Это не тренерский штаб, не директор, даже не руководство. Это — выше. Просто в Бресте не найти 60 миллионов в месяц, чтобы раздать их тридцати человекам... Это какой-то цирк! В голове не укладывается! О каком погашении долгов тогда можно говорить, если двух миллионов выплатить не могут?!

— Помните что-нибудь подобное в своей карьере?

— Чтобы настолько жуткое — нет. В Турции приходилось сложно, но команда тренировалась, питалась, жила в гостиницах, ездила на матчи. Можно было работать и играть, просто денег не платили. Здесь же нет ни-че-го!

Вот, например, сегодня тренерский штаб отправился на матч, взяв ссобойки. Покушали в раздевалке, хотя питание должно оплачиваться. Или медикаменты. Их просто нет. Играли с “Шахтером” на Кубок в Солигорске, так Кирилл Вергейчик передал мази в нашу раздевалку — чтобы хоть массаж ребятам сделать... Они сами себе покупают пластырь, сами записываются на МРТ, если надо. Взять хотя бы Женю Клопоцкого. Местный парень, воспитанник клуба. Случилась у него травма, так никто не мог помочь! И врачи бессильны: перед брестским спортивным диспансером у клуба огромные долги, негде даже поставить диагноз. А то же МРТ — только за свои деньги...

Не хочется говорить плохо про Брест. Хороший город, хорошая команда. Тем более не хочется высказывать претензии тренерам. Да их и нет. И от того, что я сейчас наговорю, ничего не изменится. Просто в какой-то момент находиться в клубе стало невозможно.

— Однако у вас с ребятами была договоренность бороться до конца?

— Да, уговор: что бы ни происходило, играем до конца первого круга. Об этом нас просил главный тренер. Но мы рассчитывали, что хоть два миллиона будут платить. А тут и их задерживают. Даром играть в футбол я не готов, у меня свои семейные обстоятельства.

— “До конца первого круга”, а что потом?

— Мы спросили: а потом вы нас отпустите, если будут варианты? Контракты-то действуют. Сергей Петрович ответил: “Без проблем. Всех отпущу, все будут свободными агентами”. Во многом это ребят и подхлестнуло выкладываться и играть с полной самоотдачей. Можно было обратить на себя внимание. Однако меня, к примеру, отпускать не хотели. Увольнялся два дня — видимо, руководство планировало потом получить за меня компенсацию. Пока не пригрозил судом, контракт не расторгли. Сейчас за ребят в этом плане переживаю.

— Как команда восприняла ваш поступок?

— Сегодня прощался с ребятами перед их выездом в Гомель — никто ничего плохого не сказал. Не знаю, планирует ли еще кто-нибудь уходить. Вроде бы кто-то собирался меня поддержать, но, наверное, все ждут того самого окончания первого круга.

— Вратарь — важная часть команды...

— Ну да. Но я объявил о своем решении, и с тех пор прошло пять дней. За это время меня пытались отговорить только тренер вратарей Сыроквашка и Ковальчук. Сергей Петрович даже через моих брестских знакомых пытался на меня повлиять. С ним отношения всегда были отличные, как и со всем коллективом. Больше чем рабочие — дружеские. Это во многом и держало команду на плаву. Руководство же никаких шагов не предпринимало. Видимо, уговаривать им было нечем: уходишь — уходи.

— Нет чувства, что подставляете команду?

— Такое двоякое ощущение. Ухожу из коллектива посреди сезона — получается, действительно подставляю ребят. Но проанализировал ситуацию, поговорил с женой — и лишний раз убедился, что давно нахожусь в тяжелом эмоциональном состоянии. Это край, последняя точка! Уже не могу выжимать из себя максимум. А как отбывать на тренировках номер, даже не представляю. Да к тому же парням еще портить настроение своим унылым видом. Тем более был уговор играть и терпеть. А я дальше терпеть не мог. С одной стороны, хочется громко хлопнуть дверью перед носом у руководства, а с другой — попросить прощения у команды за этот шаг. Ну, с главным тренером мы поговорили, друг друга поняли и разошлись без обид.

— Варианты продолжения карьеры есть?

— Нет. Ушел в никуда. Вот расторг контракт, приехал домой, сижу. Буду искать, какие-то связи остались, и агент работает. Хотелось бы найти хороший клуб, ведь цену себе знаю. За два миллиона играть не собираюсь.

— Из клуба будете долги выбивать?

— Да. Сумму знаю, но озвучивать ее все-таки не буду. Это пять зарплат. Мне дали гарантийное письмо, до 31 декабря обязуются рассчитаться. Но его пока не подписывал — думаю. Хочу пойти в суд и вернуть честно заработанное. Однако проблема — вот ирония! — в том, что нужно юристу заплатить около двух миллионов за подготовку документов. А у меня сейчас и этих денег нет.

— Варианты заработать вне футбола не рассматривали?

— Рассматривал. После трех месяцев без денег. Но нашлись хорошие люди, которые в очередной раз дали в долг и попросили остаться. Это сделал лично Сергей Ковальчук. Также постоянно деньгами выручал Кирилл Премудров.

— С болельщиками после матча с минским “Динамо” получилось как бы прощание? Думаете, поймут?

— Надеюсь. Считаю, мою ситуацию можно понять. Да, так получилось, что прощался. Конечно, очень жалко. Больше всего буду скучать именно по стадиону, по атмосфере. Хочу поблагодарить всех болельщиков за поддержку (фанатам — отдельный привет!). Я чувствовал ее постоянно. Люди даже на улице подходили, говорили: спасибо, что терпите, мы знаем, какая у вас сложная ситуация. Будь с финансами хоть немного лучше, остался бы в Бресте не раздумывая. И вообще, не стану заносить эти полгода в пассив. У меня была практика, мне доверяли, сложились хорошие отношения с ребятами. В общем, не жалею, что поиграл в “Динамо”...

Прочитано 1773 раз